Когда-то давно я опубликовал критическую статью о концепции «просто христианства» Клайва Стейплза Льюиса[1], которая вызвала жаркую полемику в комментариях. Спор о Льюисе и его религиозных взглядах продолжается. Множество православных, в том числе и я сам, с увлечением читают его художественные и апологетические произведения, находя в них очень много истинного и полезного для души. Думаю, настало время написать новую статью, адресованную прежде всего тем, кто, придя в Церковь, продолжает находиться под влиянием бесспорного обаяния английского апологета, чтобы помочь им отделять зерна от плевел в его теоретических построениях.

Суть концепции Льюиса

Ключевой книгой для понимания религиозных воззрений Льюиса является «Просто христианство» («Mere Christianity») (1952). Автор предлагает нам образ «дома», где есть общий «зал» (общехристианские идеи и практики) и несколько «комнат» (конфессии). В тексте сознательно говорится только о том, что объединяет христиан, всё неоднозначное и спорное, то есть всё вероисповедное, что разделяет христиан, сознательно опускается. Это нужно для достижения апологетических и миссионерских целей: чтобы в глазах атеистов, агностиков и колеблющихся христианская религия предстала единой и непротиворечивой по сути своей.

По замыслу автора «Просто христианство» – это первая проповедь, которая должна привести человека ко Христу, Который един для всех христиан и ждёт их в «общем зале». В дальнейшем он сам выберет оставаться ли ему в зале или войти в какую-то из комнат. Сначала нужно встретить Христа, принять христианскую веру, и только потом присоединиться к какой-либо из традиционных конфессий. С точки зрения Льюиса, главное, чтобы человек был христианином по вере и жизни; какой он христианин (православный, католик, англиканин) – вопрос второстепенный. К какой бы конфессии ни принадлежал верующий, он всё равно остаётся в едином христианском доме, в Церкви Христовой.

Как видим, представления Льюиса о Церкви, по сути, тождественны знаменитой экуменической «теории ветвей» («branch theory»), где все конфессии – это ветви единого христианского древа.

Главная богословская ошибка

С исторической точки зрения «просто христианство» – это теоретический конструкт, идеальная модель, красивый миф, созданный на основе выделения общего из частного. В земной реальности никогда не было некоего внеконфессионального христианства для всех. Сначала было единое христианство апостолов и их учеников, затем от него стали отделяться различные ереси и расколы, каждый из которых претендовал на название христиан, доказывал свою истинность и ложность других. В результате сформировалось множество не согласных друг с другом «христианских церквей».

Истинная же Церковь Христова была, есть и будет одна единственная. Она была с самого начала (от апостолов), осталась верной Господу, сохранила всю полноту Его Откровения, Писания и Предания вплоть до сегодняшнего дня. Это Православная Церковь, как конкретная историческая община, существующая уже 2000 лет. Для православного сознания именно эта историческая община является той самой Церковью, основанной Христом, где сохранена полнота благодатных даров и неизменность догматического учения. Мы не можем назвать другие общины церквями в этом строгом смысле, хотя и признаем наличие в них элементов истины. Такова строгая и однозначная позиция православной экклесиологии.

Христианство – не набор прекраснодушных теорий о добре и зле, Троице и Христе. Это полнота жизни в созданной Богочеловеком единой, святой, соборной и апостольской общине. Христианства нет без Церкви, не теоретической, а той самой исторической и конкретной, живущей «в мире, но не от мира».

Без вступления в эту Церковь, без церковной жизни нет и не может быть спасения. Сам Господь говорит о Церкви как о единственном спасительном ковчеге: «Если и Церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь» (Мф.18:17). Апостол Павел именно поэтому называет Церковь «столпом и утверждением истины» (1Тим.3:15), а не просто чем-то не существенным.

Льюис, возможно, сам того не желая, своей сосредоточенностью на общем (вере и этике), подразумевает второстепенность Церкви для спасения, сводя вопрос о ней к конфессиональному выбору. «Вопрос о Церкви разделяет, значит, он не относится к сути христианства» – такова внутренняя логика английского богослова. Церковь – не дом с залом и несколькими комнатами, жители которых даже не общаются между собой; Церковь – это храм, где все «единым сердцем и едиными устами» воспевают славу Христу, причащаются от Единой Чаши Господней. Церковь есть единое «Тело Христово» (1Кор.12:27). В живом теле нет и не может быть ничего обособленного, разделённого, не сообщающегося, в нём все члены исполнены одной жизнью. В Церкви одно Крещение, одна вера, одна нравственность, одна благодать. Те, кто отпадает от церковного Тела, гибнет: «кто не пребудет во Мне, извергнется вон, как ветвь» (Ин.15:6).

Итак, для Льюиса Церковь не тождественна какой-то одной христианской конфессии; скорее, она объемлет в себе несколько конфессий (православие, католичество и англиканство) вместе с аконфессиональными верующими. Принадлежность к Церкви зависит не от принадлежности к той или иной конфессии, а от исповедания общехристианской веры и этической практики. Для православных же Церковь тождественна именно их конкретной исторической общине: Церковь христианская и Церковь Православная – это одна и та же Церковь, вера в Православную Церковь как единую и единственную Церковь Христову является догматом, от исповедания которого зависит спасение, так же как и от веры в Троицу и во Христа. Путь спасения – не просто принятие Христовой веры и нравственности, но вхождение в Церковь через Крещение: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет» (Мк.16:16). Таково наше главное и существенное расхождение с Льюисом и другими экуменистами.

Трансформация идеи и современные риски

Думаю, сам Льюис при написании книги не хотел ничего плохого и руководствовался исключительно благими миссионерскими соображениями. Он желал приводить людей ко Христу. И ему во многом это удалось. Однако есть и обратная сторона: его концепция способствовала развитию экуменизма и бесцерковного христианства. «Просто христианство» из теории превратилось в реальное религиозное движение, в массовую практику, альтернативную традиционному церковному христианству. Выделим основные типы современного «просто христианства»:

• Экуменическое: «Все конфессии – ветви одного церковного древа». Наиболее радикальные экуменисты добавляют сюда и все религии. Различия в вере объявляются второстепенными. Такой подход ведет к размыванию критериев истины, к адогматизму и религиозной теплохладности.
• Индивидуалистическое: «Бог у меня в душе, я – сам себе церковь». Это порождение протестантского субъективизма, где человек сам становится мерой своей веры. Писание предупреждает: «Есть путь, который кажется прямым человеку; но конец его – путь к смерти» (Притч.14:12). Сам Господь собрал и утвердил Свою Церковь, заповедал вступать в неё через Крещение, установил Евхаристию и другие Таинства. Без жизни в церковной общине христианство невозможно. Христианство без Церкви – лжехристианство.
• «Либерально-православное просто христианство»: «По рождению я православный, по убеждениям же – за единство всех христиан». Когда православные, стыдясь жесткости канонов и догматов, призывают к реформам ради «открытости миру», они используют логику Льюиса против него самого. Но «мир» в евангельском смысле – это то, от чего Христос пришел спасти, а не то, чему нужно уподобляться.

Моя позиция: «за» и «против»

Конечно, моя достаточно жесткая критика концепции «просто христианства» Льюиса вызывала и продолжает вызывать не менее резкую критику в ответ. Постараюсь спокойно разобрать возражения оппонентов.

«Льюис привел к вере тысячи людей – разве это плохо?»

Плоды проповеди должны быть оценены по конечному результату. Миссия Льюиса – апологетическая, он открывает дверь. Но задача каждого христианина – не остаться в притворе (в «общем зале»), а войти в алтарь, где совершается Евхаристия. Если человек не делает этого шага, это проблема его личного выбора, а не недостаток книг Льюиса. Если человек, прочитав их, приходит в Православную Церковь, – слава Богу. Но если он останавливается на Льюисе, удовлетворяется «христианством вообще» или инославием, то это может стать промежуточной остановкой, на которой человек рискует задержаться и не дойти до полноты евхаристической жизни. Мои предостережения именно для таких людей.

«Вы слишком суровы, он всего лишь литератор, популяризатор, апологет, но не ересиарх».

Я и не называю Льюиса ересиархом в том смысле, в каком мы говорим о древних лжеучителях. Я говорю о вполне реальных последствиях его популярной концепции. Он сам предупреждал, что его «зал» («просто христианство») не есть конечная цель, подразумевал, что надо идти дальше – в «христианство конфессиональное».

И здесь возникает вопрос: зачем? Зачем куда-то идти, если и здесь всё уже хорошо? Если конфессии разделяют, зачем к ним присоединяться? По Льюису, и «просто христианства» вполне достаточно для спасения. По Писанию и отцам: этого мало, недостаточно. Для спасения необходимо принадлежать Православной Церкви – через веру и Крещение, через богослужебную и нравственную жизнь в Ней.

Сила художественного и интеллектуального воздействия творчества Льюиса на читателей огромна. Тем внимательнее следует относиться к его богословским идеям, проверяя их на соответствие Писанию и Преданию. На это нужно указывать, чтобы, по слову Спасителя, «и избранные не прельстились» (Мф.24:24).

«Льюис писал от сердца о любви, вы же критикуете его рассудком, прикрываясь формальными правилами».

Не сомневаясь в искренности благих намерений Льюиса, полагаю, что в богословских вопросах нужно руководствоваться не эмоциями, но именно богословскими же доводами. Любовь без истины – это сентиментальность. Бог есть Любовь (1Ин.4:8), но Он же и Истина (Ин.14:6). Апостол Павел заповедует: «Братия, стойте и держите предания, которым вы научены» (2Фес.2:15). Только в ограде апостольского Предания любовь не становится безразличием ко греху и ереси. Святые отцы потому и были «суровыми», что оберегали Дар Любви – Евхаристию и догматы – от искажения.

«Зачем осуждать человека, сделавшего так много доброго?»

Пожалуй, самое популярное возражение. Конечно, сказано: «Не суди, чтобы не судили тебя» (Мф.7:1). Но ещё нужно уметь «различать духов» (1Ин.4:1). Не судить человека – значит не осуждать его личные грехи. По отношению к Льюису мы этого и не делаем. Оценивать же учение любого человека по критерию истинности, сопоставлять его с христианским вероучением – наш долг.

Трагический выбор: католичество, но не Православие

Многие защитники Льюиса в комментариях справедливо указывают, что он сам не был «просто христианином», принадлежал к определённой христианской конфессии (англиканству) и даже интересовался Православием. Тем самым, дескать, дал нам пример именно церковного христианства.

Мы знаем, что до самой смерти Льюис находился в духовном поиске: сначала был атеистом, затем стал верующим англиканином, перед кончиной принял католическое причастие по последнему обряду, верил в чистилище и молился за усопших, то есть принял католицизм. При этом у него была реальная возможность стать членом Христовой Православной Церкви. Он посещал православное богослужение, был восхищён им, знал многих православных христиан, живущих в Оксфорде, был знаком с творчеством святых отцов, но так и не стал православным.

Имея перед глазами живое свидетельство Православия, он, вероятно, как и многие западные интеллектуалы, посчитал его чем-то «этническим», «византийским», чуждым его западному уму. Мы можем лишь с сожалением констатировать, что его блестящий ум так и не преодолел культурного барьера. Это предостерегает нас от излишней надежды на один лишь интеллект. Перед отходом ко Господу он взял другую чашу, выбрал католическую «комнату», хотя мог войти в православный храм. И в этом заключается особая горечь и тайна.

Церковь Христова была рядом. Но Льюис в неё не вошёл. Его пример и миллионов других подобных ему людей должны стать для нас предостережением: недостаточно прийти к общей вере, нужно войти в единственный Ковчег спасения. Сколько таких людей, которые были рядом с Церковью, но так в Неё и не вошли! Сегодня благодаря интернету и другим возможностям у людей нет проблем с изучением Православия. Казалось бы, чего проще: читай, узнавай, общайся с православными, приходи на богослужения, сравнивай и выбирай. Всё просто, открыто и доступно. Но как же мало людей принимают правильное решение! Видимо, дело – не только и не столько в знаниях и интересе, сколько в глубинных влечениях сердца человеческого.

***

Книги Клайва Стейплза Льюиса – это прекрасный катехизис для ума неофита. Но Православие – это лекарство для всего человека. Поэтому, читая Льюиса, наслаждайтесь его удивительными метафорами, его меткими замечаниями и тонкими рассуждениями, но проверяйте их светом Предания. По слову апостола Павла: «Все испытывайте, хорошего держитесь» (1Фес.5:21).

Поэтому Льюиса нужно знать и понимать. Всё, что в его творчестве согласно с Православием, можно использовать для защиты веры и начальной проповеди, для того, чтобы обосновать, заинтересовать и увлечь людей христианством. Но мы не должны на этом останавливаться. Нужно идти дальше, постигать всё богатство и полноту церковной жизни. В этом Льюис нам уже не помощник; здесь нужно обращаться к святым отцам, опытно на практике осваивать литургическую и аскетическую традицию.

Православие – это не просто «одна из комнат». Это и есть весь Отчий Дом. Приходя в Церковь, христианин должен оставить за порогом идеи универсального «просто христианства» и всецело довериться тому Откровению, которое хранится в Православии уже 2000 лет. Иначе есть серьезный риск предательства Православия, став или инославным, или просто «хорошим человеком с Богом в душе», потеряв при этом истинную веру, благодатное единство с Богом и вечную жизнь. И пусть трагедия поисков великого английского писателя и богослова станет для нас уроком: искать нужно не «своё», близкое и удобное, а изначально данное для спасения Христом – Его единую, святую, соборную и апостольскую Православную Церковь.

https://azbyka.ru/life/prosto-hristianstvo-k-s-lyuisa-rukovodstvo-k-dejstviyu-ili-put-v-tupik/